Макс МолотовДинамика моей жизни"Папа, я хочу пить…"М. Молотов "Это началось в детстве" Динамика моей жизни такова: в понедельник просыпаешься очень рано, весь в испарине и испуге. Страшный сон, темная квартира; наощупь продвигаешься по длинному коридору. Потому что знаешь – там за старой газовой плитой закуркована початая бутылка пива (то есть вечером имелась шальная мыслишка сходить еще за одной, но благоразумие победило – завтра, ведь, вставать). В итоге выясняется, что никакой бутылочки нет. Кто-то выпил. Понедельник – бог с ним. День тяжелый. Во вторник встаешь уже сам, пораньше, продвигаешься по длинному коридору. Выпиваешь женушкиного вина, бреешься, чистишь зубы и обувь. Выходишь. На перекрестке Уссурийский бульвар-Запарина разыгрываешь бодрячка возле киоска. Тут главное показать, что ты в порядке. Шуточки (ну что дамы, рабочая неделя началась, ха-ха, дайте-ка мне по этому случаю), прибауточки (что-то мои почки совсем распустились). Дамы смеются и дают. На бульваре садишься на лавочку, здороваешься с Андреичем. Динамика жизни этого мужика схожа с моей; подозреваю, что он тоже идет к своему личному концу света каким-то загадочным путем. Но иногда мы с ним пересекаемся. Андреич ругается – мол, загадила молодежь лавочку за ночь, задницу негде пристроить. Я отвечаю. В среду встаешь поздно. Жена ушла, в холодильнике одно молоко. Как хорошо, что вторник хватило ума взять баночку "хуча". Взять и заныкать ее в карман дубленки (заметил: летом дубленки не шмонают). Врубаешь погромче "Вальпургиеву ночь" и пьешь "хуч". Люблю этот напиток. Его ругают, говорят – химия, дрянь. Но посмотрите на список ингредиентов. Только здесь есть такое восхитительное вещество как "замутнитель". В общем, я и сам замутнитель. В четверг возвращаются страшные сны. Мертвые друзья лезут в голову, жабы скачут, ногти обрезанные сверху падают. Поэтому мой четверг похож на мой же понедельник. В четверг я веду себя тихо. Мне страшно. Я слабый человек, меня легко напугать. Но вот что странно – ни черта я при этом не боюсь. Страдая от такого раздвоения, я одеваюсь совсем наспех и бегу к ларьку на Ленина. Там работает очень суровая девушка. Она продает мне пиво с презрением. Пару раз я не брал сдачу, и эти "чаевые" она брала почти с ненавистью. Эта мегера приводит меня в чувство. Как, однако, верно утверждение Монтеня, что в ненависти мы нуждаемся не меньше, чем в любви. Пятница волшебна. В пятницу я общаюсь с природой. Происходит это либо во дворе, где я изредка просыпаюсь с первыми песнями птиц, либо на балконе. Шум возвращающегося к жизни города – один из самых лучших звуков на свете. Я ленив. С ленцой иду в "усатую девку" -- магазин "Морозко". А здесь "Миллер". А здесь "Холстен". В пятницу идет раздача милостыни: бабушке на углу, сопливому пацану из детского дома и -- моему домовому (бомж с отрубленными пальцами; это единственный человек, который называет меня по имени-отчеству). Суббота для стихов. Я тихо напиваюсь в ванной комнате. Сперва читаю толстенную "Антологию русской поэзии", и когда начинают душить слезы, пишу пару-тройку строф пятистопным ямбом. А в воскресенье я готовлюсь к понедельнику. Это обычно импровизация. Такова динамика моей жизни. |
| Вернуться к оглавлению |
©1998-2000